Жизнь пишет • Истории

Иркино счастье. ЧАСТЬ 2 Деревушка, где размещался интернат, особой цивилизованностью тоже не отличалась. Однако школа функционировала отменно, магазин имелся и дорога асфальтированная. Отсюда народ тоже уезжал целыми пачками, и клуб, высоченный, стеклянный, уже пустовал вечерами и рушился. Безлюд…

Иркино счастье. ЧАСТЬ 2 Деревушка, где размещался интернат, особой цивилизованностью тоже не отличалась. Однако школа функционировала отменно, магазин имелся и дорога асфальтированная. Отсюда народ тоже уезжал целыми пачками, и клуб, высоченный, стеклянный, уже пустовал вечерами и рушился. Безлюдье, безвластье, безденежье, безнадега – срез измученной страны, любого нормального человека ввергало в тоску. Но для Ирки это был огромный, светлый и радостный мир. Она долго привыкала к вынужденному безделью, хоть и заставляли интернатских самостоятельно заправлять постели, дежурить по кухне, работать на пришкольном огороде, делать уроки и участвовать в школьной самодеятельности. Ей было все интересно, все ново, и полно радостей и открытий. Нечасто школьников возили на экскурсии, то в краеведческий музей, в район, то на хлебозавод, то в пожарную часть, то еще на какой-нибудь, не шибко интересный объект, где не надо было платить денег. Ирка, пораженная городской суетой, красотой, обилием нарядного народа и невиданных автомобилей, долго не могла уснуть от удивления и возбуждения нервной системы. Уже тогда она, покумекав не очень сообразительной головенкой, решила для себя – к мамке в деревню она не вернется больше никогда. Мамка приезжала, чтобы забрать дочь на каникулы. Ирка визжала и орала, как резаная. - Не поеду с ней! Она меня бьет! Она меня на горох в угол ставит! Она мне есть не дает! Истерики возымели на педагогов нужные действия – те подняли тревогу. Через полгода Катерину лишили родительских прав и оставили Ирку в интернате навсегда. И с тех пор Ирка наметила путь к желанной цели – выучиться, уехать в город и стать настоящей горожанкой, нарядной, красивой и недосягаемой. Правда, имелись некоторые нюансы – горожанке нужно было где-то жить. А от государства Ирке полагалась жилплощадь по месту прописки, в деревне. Ирка не унывала. Благодаря интернатским подружкам она уже достаточно «образовалась». Главное, работу найти. И мужика! А там кривая выведет. Училась она ниже среднего, но была покладиста, спокойна и неленива. Мордочка у Ирки отличалась миловидностью. Смех звонкий. Как нибудь управится, не она первая, не она последняя, как говорится. Ну а что? Кто-то столицы покоряет, а кто-то – районные городки. Пока страна плавала в раздрае и вседозволенности, Катя старательно доживала в интернате, к тому времени окончательно запущенном. Потом, по накатанной, поступила в техникум и выучилась на маляра. Профессия хлебная, хоть и вредная. Снимала комнатуху у классически ушлой бабки за ползарплаты. А зарплата тогда была - не ах, с Иркиным-то разрядом, да всеобщей заморозкой всероссийских строек для людей. И пока всероссийский строительный анабиоз не мимикрировал в концерны по отмыву халявных долларов, Ирка откровенно маялась, перебиваясь с хлеба на воду. Все бы ничего, да бабка Иркина обнаглела донельзя. Ирка, она хоть и деревенская девчушка, интернатского воспитания, а в откровенном хлеву жить не могла. Отмыла бабкину конуру, отчистила, покрасила, дешевенькими обоями оклеила. Вышло бедненько, но чистенько. Смотреть приятно. Бабка ей кварплату еще на полтора раза ввинтила. Ирка, не будь дурой, обои с мясом отодрала и ушла. Бабка за ней, мол, хулиганка, мол, воровка, мол, плати! Ирка ей дулю с маком под нос - на! Впредь будешь знать, как над людьми изгаляться! А сама - прямым ходом в общагу, прикреплённую к Иркиному РСУ, в шумную, неблагополучную, пьющую, но на законных основаниях. Жить везде можно. И даже с комфортом, если этого очень захотеть, а Ирка хотела. И жила.

🌸 Мои дорогие, приглашаем Вас в тёплый, волшебный мир ваших открыток! ✨ Представьте улыбки близких от ваших душевных сюрпризов! 💖 В канале — самые лучшие открытки, музыкальные поздравления, разработанные топ-дизайнерами! 🌹 ОТ СЕРДЦА К СЕРДЦУ ♥️ ОТКРЫТКИ 🌹

Богатые сваты смеялись над матерью невесты, подарившей дом в глухой деревне — пока этот дом не разрушил их семью ✉️ — Валентина Ивановна, вы серьёзно? Жанна встала из-за стола резко. На шее блестели три золотые цепи. На каждом пальце — кольцо или перстень. Она говорила громко, на весь зал, и гости …

Богатые сваты смеялись над матерью невесты, подарившей дом в глухой деревне — пока этот дом не разрушил их семью ✉️ — Валентина Ивановна, вы серьёзно? Жанна встала из-за стола резко. На шее блестели три золотые цепи. На каждом пальце — кольцо или перстень. Она говорила громко, на весь зал, и гости замолчали. — Дом в деревне? Нашим детям? Мать Олеси стояла у микрофона с конвертом в руках. Надела на свадьбу синее платье из универмага, то самое, в котором ходила на работу в бухгалтерию. Валентина Ивановна хотела что то еще сказать, но Жанна не дала ей договорить. — Виктор, ты слышишь? Твой сын теперь деревенский! Будет навоз вилами кидать! Она хохотала так, что качались серьги. Отец Максима сидел с хмурым лицом, вытирая рот салфеткой. Не смеялся. Но по тому, как он поставил бокал и усмехнулся, Олеся всё поняла. Он думал то же самое. — Я хотела сделать хороший подарок, — Валентина Ивановна сложила конверт. — Мне досталось наследство от тёти. Я купила дом в деревне Ключевая. Там участок большой, можно... — Можно картошку сажать! — Жанна не унималась. — Ой, не могу! Наш Максим — помещик! Гости засмеялись. Кто-то неловко, кто-то громко. Валентина Ивановна спустилась со сцены и пошла к своему столику в углу. Одна. Максим сжал руку Олеси под столом, но молчал. Она видела — он боится. Боится отца, его денег, его связей. — Зря вы так, Жанна, — Олеся встала. — Мы будем жить своим умом. — Каким умом, золотко? — Свекровь прищурилась. — Ты же кассиршей была. А теперь вообще без работы. Чем кормить мужа собралась? — Как-нибудь. — Ну-ну. Посмотрим. Олеся села обратно. В горле встал комок. Максим молчал, глядя в тарелку. А Жанна все смеялась. Через неделю Максим пришёл домой, был чем то озадачен. Бросил сумку на пол и сел на диван, не снимая куртки. — Выгнали. — Как? — Отец позвонил директору. Сказал, чтобы меня убрали. В тот же день. Олеся выключила конфорку. В кастрюле доваривались макароны. — А деньги? — Счёт заблокировал. Всё. Ни копейки не снять. Они просидели на кухне до утра. Считали, сколько осталось. На съём квартиры, на еду, на коммуналку. Хватит на месяц, может, на два. Олеся названивала на старые места — везде отказывали. Максим искал вакансии, но без рекомендаций его не брали. — Поедем в Ключевую. Он сказал это на четвёртую ночь. Они лежали в темноте, не в силах уснуть. — Ты что? — Поедем в тот дом. У нас есть крыша. Бесплатная. — Там же глушь! Что мы там будем делать? — Как то жить. Здесь мы поумираем. А там хоть попробуем. Олеся хотела возразить, но что? Он был прав. Дом в Ключевой оказался хуже любого кошмара. Каменные стены в трещинах. Крыша провалилась в двух местах. Окна перекошены так, что рамы не закрывались. Внутри всё серое от пыли. Двор — по пояс бурьян, не разобрать, где что. Олеся села на крыльцо. Просто села и сидела, глядя в землю. Максим обошёл дом кругом. Вернулся, взял из машины лопату. — Ну что сидишь? Пошли работать. — Куда работать? Ты видишь это? — Вижу. И что? Назад поедем? Она встала. Пошла в дом. Нашла тряпку. Начала вытирать пыль с подоконников. Руки тряслись. На следующий день приехала Валентина Ивановна. Привезла две огромные сумки с едой и старой одеждой для работы. — Прости. Мне сказали, что дом хороший. Я не видела его. Всё через нотариуса делали. Я не хотела так. — Мам, не надо. — Максим взял молоток. — Будем чинить. У нас выбора нет. Он работал с утра до ночи. Латал крышу, выдирал гнилые доски, чистил печь. Руки в мозолях, спина болела, но он не останавливался. Олеся скребла полы, мыла окна, выносила мусор вёдрами. Валентина Ивановна приезжала каждую субботу с инструментами и банками тушёнки. Через три недели Максим сдирал штукатурку в дальней комнате. Лом провалился глубже, чем надо. Глухой звук. Металл. — Олеся! Она прибежала. Он отковырял кирпичи. За ними была ниша. В нише — металлическая дверца. Открыли. Внутри стоял кованый ларец. Тяжёлый.

ИСТОРИЯ ПРО ТУФЛИ, КОТОРАЯ МЕНЯЕТ ОТНОШЕНИЕ К ЖИЗНИ. Прабабушка осталась вдовой в 27 лет. И две девочки на руках. А крошечный мальчик умер. Денег очень мало, жить тяжело... Жалованье маленькое, надо быть очень, очень бережливой. Экономить и разумно расходовать деньги на ведение хозяйства. Она так и…

ИСТОРИЯ ПРО ТУФЛИ, КОТОРАЯ МЕНЯЕТ ОТНОШЕНИЕ К ЖИЗНИ. Прабабушка осталась вдовой в 27 лет. И две девочки на руках. А крошечный мальчик умер. Денег очень мало, жить тяжело... Жалованье маленькое, надо быть очень, очень бережливой. Экономить и разумно расходовать деньги на ведение хозяйства. Она так и делала. Так и жила. А потом увидела в магазине эти туфли. Роскошные, модные, лакированные, на каблучке-«рюмочке». И купила. Они как раз по ноге пришлись, как влитые. И дома завела патефон и станцевала немножко: она ведь два года не танцевала. И два года вела бережливую жизнь, рассчитывая каждую копейку, хотя жить не очень-то и хотелось. Она тосковала по мужу и по мальчику. Туфли были очень дорогими, ей пришлось потратить все деньги. И она с ужасом думала, как будет жить с детьми и что будет завтра. А ничего плохого не случилось. Заняла денег, потихоньку отдала, наливала себе поменьше супу и мясо отдавала дочкам. А сама хлеб ела и кипяток пила — это пустяки, потому что были туфли. С бантами! Она в этих туфлях пошла на вечеринку к знакомым, там в нее влюбился директор завода пивного, сделал предложение, и через год она вышла замуж. И довольно счастливо жила. И девочки были одеты и сыты, и обе получили высшее образование. Хотя война была и всякие ужасы, но туфли, воспоминание о туфлях — они износились, конечно, — очень поддерживало! Это было самое радостное воспоминание! И в 90 лет прабабушка вспоминала покупку этих восхитительных туфель и, улыбаясь, рассказывала в деталях и в лицах тот волнующий момент... Она редко улыбалась: жизнь была суровая. И вот что я думаю: купите себе то, что душа просит. Даже если денег очень мало. Займите немножко, перекрутитесь, отложите покупку обоев или садового инвентаря. Или унитаза. Или еще чего-то важного. Некоторые покупки могут спасти жизнь и изменить судьбу, хотя без них вполне можно обойтись — без туфель с бантами. А вы все равно купите. И что-то хорошее произойдет. И жить захочется. И танцевать под патефон. И познакомитесь с кем-нибудь интересным. А потом правнучке расскажете про туфли. В 90 лет. Улыбаясь... Автор: А.В. Кирьянова Оставь любую реакцию ❤️ Это лучшая благодарность для нас! 🔥 📖 Жизнь пишет • Истории 👠 Дама с юморком • Подпишись

Этот рецепт куличей подарила мне моя бабушка 👵 🧁 Тесто всегда 100% поднимается Их себестоимость 33₽🔥 В них нет запаха и вкуса дрожжей! 👨‍🍳 Нам понадобится: • Мука 330гр • Сахар 150гр 👉🏻Читать продолжение

Иркино счастье. Часть 1 Ничего такого особенного Ирка Петрова, одна из «понаехавших» в районный город, собой не представляла. Ну кто она? Уроженка захудалой деревеньки, потихоньку загибавшейся среди тухлых болот Ленинградской области. Как чахлые деревья, из последних сил державшиеся за комариные то…

Иркино счастье. Часть 1 Ничего такого особенного Ирка Петрова, одна из «понаехавших» в районный город, собой не представляла. Ну кто она? Уроженка захудалой деревеньки, потихоньку загибавшейся среди тухлых болот Ленинградской области. Как чахлые деревья, из последних сил державшиеся за комариные топи упрямыми корнями, Ирка добывала силы для роста и развития своего от неласковых щедрот малой родины. Потому и получилась вот такой – небольшого ростику, тощего телосложения, с впалой грудью и не очень хорошими зубами. Недомерком, одним словом. Мамка Ирку не жаловала. Прижила ее от залетного мелиоратора, брошенного государством на борьбу с болотами, «болячками» нечерноземья. Мелиоратор, в быту обыкновенный тракторист, в рабочее время, с восьми до пяти, сражался с трясинами, прорубая в почве каналы и канавы, иссушая землю без остатка. В свободное от работы время отважный боец покорял Катерину, Иркину маман, не мудрствуя лукаво – на безмужичье, так сказать, и тракторист – орел! А та и рада! В помирающей деревне кавалеры все хором повывелись: кто спился, кто уехал. А ей куда деваться? Скотина, огород. Образование неважнецкое. Родители – инвалиды. У самой – ни ума, ни фантазии… А тут – почти непьющий. И все, что положено мужику, при нем. Трактор, опять же, в хозяйстве вещь немаловажная. Ну и… закрутилось. Через годик в правительстве очухались, увидев, что вместе с высушенными болотами и реки высохли, и вся гидросистема области дала сбой. Неправильно это – лезть в дела природы неумными рылами. Программу свернули, а мелиораторов отозвали на другие объекты. Катин тракторист быстренько собрал манатки, сел в свой трактор, да и покатил, не спеша, в район. Катерина бежала рядом шестнадцать километров, проклиная подлеца последними словами – дескать, обещал ведь жениться, а не женился, скотиняка! А ей что теперь делать, с пузом? Тракторист все шестнадцать километров сидел в кабине, перелопачивая грунтовую дорогу гусеницами, и даже голову в сторону несчастной брошенки не поворачивая, вроде, как не человек рядом с тяжелой техникой бежит, а собачонка какая паршивая. В итоге Катя упала на обочину и разрыдалась от бессилья. Такой ей был преподан жизненный урок – никогда и никому нельзя верить, и до росписи в загсе ни одного мужчину до тела допускать нельзя, чтобы потом не плакать и волосы на себе не рвать! Поднялась, стряхнула грязь с юбки, с коленок, вытерла колючие злые слезы, посмотрела вслед уходящему, вонючему трактору, плюнула, да и отправилась домой, обряжать скотину, кормить с ложечки лежачую мать, менять под парализованным тятей испачканные пеленки, тайно ждать освобождения от затянувшейся каторги своей и… поджидать рождения нежданного дитяти, так неаккуратно и некстати зародившегося в Катином не очень здоровом чреве. Когда большеголовая, тощая Ирка появилась на свет, то даже и проорать о своем рождении толком не сумела. Так, пискнула что-то такое невразумительное, как котенок недоношенный. Катю понаблюдали три дня и выписали из родильного отделения малюсенькой сельской больнички. Сердобольная нянечка из личного (за годы ударного труда натасканного с работы) запаса выделила бедолаге пару проштампованных пеленок, хороших простыней и стареньких пододеяльников для подгузников. Катя с Иркой на руках отправилась домой. А там соседка, на время Катиных родов оставленная на хозяйстве, с грустной новостью, мол, папаша Катин – все. И мамаша очень плоха. Никак, потравились. А и дала-то им молочка козьего. Для здоровья. И чего-то… Не того.

Сидeли в очереди в ветклинике 🐈 Принесли кoта на кастрацию. Пять человeк искало яйца. Оказалось кошка. Хозяину говoрят: - А у вас кoшка, а нe кот. А там амбал два на два, с жeной и тремя дочками. И он со слезами кошкe: - ЗА ЧТОО? Ты ж мой братан! Я жe с тобoй как с мужикoм разговаривал! Жориком наз…

Сидeли в очереди в ветклинике 🐈 Принесли кoта на кастрацию. Пять человeк искало яйца. Оказалось кошка. Хозяину говoрят: - А у вас кoшка, а нe кот. А там амбал два на два, с жeной и тремя дочками. И он со слезами кошкe: - ЗА ЧТОО? Ты ж мой братан! Я жe с тобoй как с мужикoм разговаривал! Жориком назвал! Три узи пацанов обeщало! Хeр! Кoта себe завёл и тот бабoй оказaлся. И пoшёл грустный, приговаривая: "Одни бабы кругoм... одни бабы..." Оставь любую реакцию ❤️ Это лучшая благодарность для нас! 🔥 📖 Жизнь пишет • Истории 💄 Женский Журнал | Макияж | Мода | Фитнес

Оксана вышла из женской консультации на ватных ногах. Беременность восемь недель. Такого она точно не ожидала услышать от врача 🏥🤦 Неполадки с организмом она списывала на усталость, нехватку витаминов, возрастные изменения, но уж точно не на беременность. Сына Илью родила в 26 лет, через год после…

Оксана вышла из женской консультации на ватных ногах. Беременность восемь недель. Такого она точно не ожидала услышать от врача 🏥🤦 Неполадки с организмом она списывала на усталость, нехватку витаминов, возрастные изменения, но уж точно не на беременность. Сына Илью родила в 26 лет, через год после свадьбы. Через несколько лет захотелось родить ещё ребёнка, хорошо бы девочку… Но, не случилось. Беременность не наступила, хотя они с мужем были абсолютно здоровы. И тут на тебе, в 43 года вдруг свалилась новость, как снег на голову. Оксана шла домой, и думала, как она скажет мужу, сыну… Интересно, как они отнесутся к этому? Не поздно ли ей рожать, всё-таки не молодая уже, у некоторых вон внуки уже в этом возрасте. Зазвонил телефон, мама… — Алло, дочь, ты где? Заскочишь к нам? У отца давление шпарит весь день, погода что-ли влияет… — Да, мам, сейчас приду. У меня новость такая, не знаю, как сказать даже… *** — Проходи, дочка, что там за новость такая, надеюсь, всё хорошо? — Была сейчас у гинеколога, я беременна, два месяца уже. — О, господи, дочка, да как же это. В твоём возрасте… Илья взрослый уже парень, внуков бы уже ждать. И что будешь делать? Что Андрей сказал? — Никто ещё не знает, я только от врача. — Ничего, дочка, рожай, нас у матери семеро было, и ничего, всех вырастила. Жена, накрывай на стол, отметим это дело, гляди, внучка родится, успеем ещё понянчить. — Сдурел, старый, какой отмечать, давление вон какое. Ты, Оксанка, подумай сто раз, надо оно вам, времена какие сейчас, одного ребёнка вполне хватит. Да и сама прикинь, тебе 60 лет будет, а ребёнку 17, ну куда это… — Мам, мы разберёмся с Андреем… За ужином Оксана выдала свою новость мужу и сыну. Илья растерянно глянул на маму. — Ты беременна? В таком возрасте? Ты же старая уже! Ты что, рожать собралась? Серьёзно? — Сынок, ну не такая уж я старуха, вполне смогу выносить и родить ребёнка. Ты что, не хочешь брата или сестру? — Да зачем вам другой ребёнок? Вам что, меня мало что-ли? Других проблем нет? Ну, тоже мне, придумали, на старости лет заводить младенца! Илья выскочил из-за стола и ушёл в свою комнату, хлопнув дверью. Оксана расстроено глянула на мужа — Андрюш, чего ты молчишь? Ты рад, что станешь отцом снова? — Я? Да это так неожиданно, прям не знаю. Действительно, не староваты мы для малыша? Мне всегда хотелось ещё ребёнка, ты знаешь, но сейчас. Ты не девушка молодая, тяжело будет и рожать, и выхаживать младенца. Я за тебя волнуюсь… — Ой, да я ещё фору молодым дам! Ну смотри, Илья заканчивает школу, уедет учиться, а мы будем одни куковать. А так, мы станем снова родителями, жизнь наполнится новым смыслом. И денежный вопрос не стоит, слава Богу, у нас хороший заработок, твоя фирма процветает. Тут из комнаты вышел Илья — И что, теперь моя учёба, квартира, которую вы хотели мне купить, накроется медным тазом? У вас ведь другой ребёнок появится, не до меня будет… — Илья, что ты говоришь? Конечно же всё в силе, мы заранее отложили деньги и на учёбу, и на квартиру, не переживай. — О, кстати, мам, ты же получишь материнский капитал, и его можно будет потратить на моё обучение. Ну, в принципе, не так уж и плохо, что ты родишь… — Да я и думать забыла про капитал этот. Меня больше беспокоит мой возраст, старородящая я считаюсь, в группе риска… — Ничего, дорогая, ты справишься. Сынок, а ты станешь старшим братом, представляешь? — Нет, не представляю. Мне другие дети в нашей семье не нужны, но раз вам так хочется, рожайте, воспитывайте… Но скажу сразу, я этого ребёнка не полюблю. Младенцы — это не ко мне, я их и брать на руки то боюсь, то орут, то в штаны навалят, фу… Оксана была расстроена из-за такого отношения сына к этой ситуации. Она понимала, что наверное, он где-то ревнует, но его негативный настрой совсем не нравился.

Дочка пожалуйста, дай мне хотя бы одну булочку я уже два дня ничего не ела — сказала бабушка с жалостливым взглядом😔 Утро давалось ей тяжело. Валентине Ивановне было за семьдесят. Каждый шаг отдавался болью в суставах, особенно в сырую погоду. Она жила одна — дети давно разъехались, звонили редко,…

Дочка пожалуйста, дай мне хотя бы одну булочку я уже два дня ничего не ела — сказала бабушка с жалостливым взглядом😔 Утро давалось ей тяжело. Валентине Ивановне было за семьдесят. Каждый шаг отдавался болью в суставах, особенно в сырую погоду. Она жила одна — дети давно разъехались, звонили редко, навещали ещё реже. Пенсия уходила на лекарства и коммуналку. На еду оставалось совсем немного. Рядом с её домом была небольшая пекарня. Она проходила мимо каждый день — и каждый день останавливалась на секунду у витрины. Внутри было тепло, пахло свежим хлебом и сдобой. Этот запах напоминал ей о чём-то давнем — о кухне, о детях, о другой жизни. Но она никогда не заходила. Не на что. В то утро она не завтракала. Голод победил привычное смирение. Она собрала силы и вошла. Внутри было людно. Люди переговаривались, выбирали, смеялись. Валентина Ивановна остановилась у входа и некоторое время просто стояла — не решаясь подойти к кассе. Потом всё же подошла. За прилавком стояла молодая продавщица — Катя, судя по бейджику. Яркий макияж, равнодушный взгляд. — Девочка, — тихо сказала Валентина Ивановна, — у тебя не найдётся булочки для голодной старушки? Катя посмотрела на неё без выражения. — Мы бесплатно не раздаём, — ответила она сухо. — Если платить нечем — ничем помочь не могу.

Первая любовь — Сашка, 10 класс, школьные дискотеки, записки, первый поцелуй за гаражами. Мы были не разлей вода, клялись в вечной любви, думали, поженимся сразу после школы. Но жизнь разбросала: он уехал поступать в другой город, я осталась, потом встретила будущего мужа, вышла замуж, родила детей.…

Первая любовь — Сашка, 10 класс, школьные дискотеки, записки, первый поцелуй за гаражами. Мы были не разлей вода, клялись в вечной любви, думали, поженимся сразу после школы. Но жизнь разбросала: он уехал поступать в другой город, я осталась, потом встретила будущего мужа, вышла замуж, родила детей. Сашка тоже женился, мы потерялись. Прошло 30 лет. Я вдова, муж умер пять лет назад, дети взрослые, живу одна. И тут звонок в дверь. Открываю — на пороге ОН. Старше, седой, но глаза те же. — Лена, — говорит, — я тебя искал. Мы сидели на кухне до утра, вспоминали школу, друзей, первую любовь. Он рассказал, что развелся, дети выросли, живет один, случайно нашел мой адрес через общих знакомых. Я смотрела на него и чувствовала тепло, но не ту дрожь, что в юности. Он был родным, близким, но чужим одновременно. — Лена, — сказал он, — я всю жизнь тебя помнил. Может, попробуем? У нас есть шанс? Я задумалась. А потом поняла: нет. Я люблю его как память, как часть юности, но строить будущее с ним не хочу. У меня была своя жизнь, своя любовь, свой муж. И я не могу предать даже его память. — Саш, — сказала я, — прости. Ты навсегда в моем сердце, но как друг. Давай останемся просто близкими людьми. Он кивнул. Мы обнялись на прощание. Теперь иногда перезваниваемся, поздравляем с праздниками. И я благодарна судьбе за эту встречу. Она помогла мне понять, что я сделала правильный выбор 30 лет назад. Оставь любую реакцию ❤️ Это лучшая благодарность для нас! 🔥 📖 Жизнь пишет • Истории